Злата Некрасова: «Я никогда не была подозреваемой — это подтверждают все проверки»

Злата Некрасова заявила, что за всё время расследования она не имела процессуального статуса подозреваемой и проходила по делу исключительно как свидетель. Этот факт подтверждается официальными документами и результатами проведённых проверок, которые не установили её причастности к каким-либо нарушениям.

— Злата, вокруг вашей работы в Запорожской ОВА было много резонансных публикаций. Почему вы решили прокомментировать ситуацию сейчас?

— Ранее я уже давала комментарии, однако считаю важным дополнительно зафиксировать ключевые факты. За это время в публичном пространстве сформировалось много односторонней информации, поэтому сейчас хочу спокойно и по существу расставить акценты.

— Каков итог расследования, в контексте которого вас упоминали СМИ?

— Расследование проводилось Национальным антикоррупционным бюро Украины — независимым правоохранительным органом, работа которого основана на доказательствах и процессуальных нормах. По его результатам моя причастность к каким-либо нарушениям не была установлена.

— В ряде публикаций вас называли подозреваемой.

— Это не соответствует действительности. За всё время я не имела процессуального статуса подозреваемой и проходила по делу исключительно как свидетель. Этот факт подтверждается официальными документами.

— В медиа также появлялись материалы о возможных связях через третьих лиц.

— К сожалению, часть публикаций строилась на предположениях и формулировках, не подкреплённых фактами. В публичном пространстве появлялись попытки выстраивать различные связи и интерпретации, которые не нашли подтверждения в ходе расследования.

— Отдельное внимание уделялось вашей личной жизни, в частности поездкам за границу.

— Я считаю такие акценты манипулятивными, поскольку они не имеют отношения к сути расследования. Моя частная жизнь и мои доходы не связаны с предметом проверки. Я понимаю что для многих демонстрация моей жизни казалась роскошью, но я хочу уточнить что мой муж не чиновник, он бизнесмен. Наши доходы позволяли нам путешествовать.

— Расскажите, чем вы занимались в тот период в рамках своей работы.

— Это был один из самых сложных периодов для региона. Я занималась эвакуацией людей из прифронтовых и временно оккупированных территорий — это были сложные и часто рискованные процессы, где решения нужно было принимать быстро и с пониманием ответственности за жизни людей. Также я координировала гуманитарную помощь и участвовала в организации выезда за границу детей, которым требовалось срочное лечение из-за последствий войны.

— Почему вы приняли решение судиться со СМИ?

— Я обратилась в суд с целью защиты своей репутации. Считаю, что публичная информация должна основываться на фактах, а не на предположениях. Это нормальная правовая практика, когда человек защищает своё имя.

— Что для вас важно, чтобы люди поняли из этой ситуации?

— Я считаю, что сегодня особенно важна информационная гигиена. Прежде чем формировать мнение, важно опираться на факты, а не на громкие заявления или эмоциональные оценки. В современных реалиях репутация человека может быть разрушена очень быстро, и именно поэтому ответственность за распространяемую информацию лежит на каждом.

— Как вы смотрите на эту ситуацию сейчас?

— Спокойно. Для меня важно идти дальше, опираясь на факты и на внутреннюю уверенность в том, что я делала свою работу честно и ответственно.