Эксклюзив
"Война - это не только боевые действия": история добровольца Виктора Дударя
Эксклюзив

"Война - это не только боевые действия": история добровольца Виктора Дударя

14 октября 2021, 14:04
Виктор Дудар (фото из личного архива)
"Самая вкусная каша - из кукурузы под обстрелами в "зеленке", которую мы ели руками"

Весной 2014-го, когда Украину со стороны "восточного соседа" заштормило не по-детски, а часть кадровых военных изменила присягу и перешла на сторону агрессора, Украина устояла благодаря "мотивированным гвоздикам" (как называют иногда сами себя наши бойцы). Благодаря тем, кто знал, что если не защитят они - то кто?

Наш коллега-журналист Виктор Дудар пошел в военкомат сразу, как только Совет Федерации позволил вхождение российских войск в Украину. Он раньше даже не служил в армии, а за десантурой с уважением наблюдал за прутьями забора возле редакционного офиса во Львове. Но оказалось, что быть десантником - это не только носить тельняшку или берет, десантура - она ​​в сердце.

С Майдана - в военкомат

Я записался в добровольцы еще в марте. И в бригаду именно таких направляли - кто вызвался добровольно. В роте нас было, пожалуй, 80% таких, - вспоминает Витя. - Тогда, весной 2014-го, этот процесс выглядел примерно так: люди приходили в военкоматы, говорили: я хочу, там составляли списки, а дальше по ходу, по необходимости вызвали.

1 марта появилось решение Совета Федераций об использовании российских войск в Украине. Уже тогда стало понятно, что быть большой войне, и на следующий день я пошел в военкомат. Это было воскресенье, но уже застал там толпу злых дядек, многие из них лишь с Майдана вернулись. Начали составлять списки, выяснять, у кого какие есть документы, кто служил, кто не служил... Я раньше не служил.

Хотя что такое армия - представлял, поскольку вел соответствующую тематику в газете - и когда работал в "Молодом буковинце" в Черновцах, и во Львове в "Экспрессе". Что такое оружие, имел понятие, стрелял из него время от времени при различных оказиях. И физически дохляком никогда не был. Но тогда таких заморочек даже не возникало: смогу - не смогу. Тогда было ясно, что началась война и надо идти кому-то воевать. Нам было главное, чтобы нам дали оружие. А дальше уже "по ходу пьесы" мы бы разобрались.

Виктор Дударь

Виктор Дудар (фото из личного архива)

Сейчас можно услышать мнения, что при соответствующей команде все тогда можно было закончить за несколько дней. Но, как правило, это мысли людей уровня солдата, сержанта или, может, младшего офицера. На самом деле не все так просто. Не было достаточно боеспособных и мотивированных сил. На бумаге у тебя может быть бригада. Даже физически она может быть в наличии: техника, "гвоздики" ("гвоздиками" солдат называют). Но "гвоздик" должен быть мотивирован. "Гвоздик" должен хотеть воевать. Должен понимать, не бояться, идти на риск. Рисковать своей жизнью. Не бояться стрельнуть в противника. А с этим всем не так просто было в начале...

Я уже не застал первый этап. Меня призвали аж в конце июля. Ждал долго, уже даже думал отправиться в добровольческие батальоны. А тем временем работал, ездил в командировку в Донецкую область - как раз когда там бои за Славянск велись. А как военный я туда поехал уже после мобилизации.

"Десант всегда идет первым"

В конце июля меня наконец призвали. Поскольку я закончил юрфак, то у меня в приписном и в военном написали военно-учетную специальность "писарь" (теперь это называется "делопроизводитель"). Приехали мы на полигон, и там идет отбор: расспрашивают, кто где служил, у кого специальность, смотрят военные билеты. Увидели, что я писарь - начали искать, в каком подразделении делопроизводитель нужен. А я и объясняю, что я туда пришел именно потому, что писать уже вроде как поднадоело и я хочу немного повоевать. Делопроизводители, которые меня же и оформляли, переглянулись, ну и пошли навстречу моему желанию. Поставили меня стрелком-номером расчета пулемета. Так я стал солдатом.

Началась служба. Сначала гоняли на учениях на полигоне в Старычах. Ежедневно подъем в 6, позавтракали - и погнали на учебу. Тактика, передвижение на поле боя, передвижения в пешем строю, передвижение по технике, штурм здания, эвакуация раненых, оказание первой помощи, между тем - постоянная стрельба. Позанимались тактикой - пошли стрелять, освоили передвижение "двойками", "тройками" - и на огневую позицию ты уже не просто идешь, а бежишь в соответствии с тем, как должно передвигаться подразделение в бою. Как говорил наш командир - "настріляєтесь до усрачки". И действительно, стреляли постоянно, много. Бригада в боях участвовала давно, первой поехала на Восток. Уже было понимание, что боец ​​должен быть со своим оружием, что автомат - это как продолжение твоих рук, как некая естественная вещь, которой уже не хватает, если ты без него.

Бригада десантная. Многие военнослужащие этого подразделения принимали участие в международных миссиях. Подготовка в "восемьдесятке" всегда была на высоком уровне. Тогда туда пришли совсем молодые люди. Командиру роты было 24, командиру взвода - 22 - только что закончил учебу, и вот: держи взвод и готовь его ехать на войну. Замечательные офицеры, инструкторы прекрасные, привлекали инструкторов "со стороны", и по разведке, нас учили иногда люди, которые друг друга знали только по позывным...

Нас сразу поставили в известность, что десант всегда идет первым, всегда на самых тяжелых участках, поэтому нас готовили к ротации наших в Луганском аэропорту. И потом в течение недели или двух на каждом построении командир спрашивал: кто не желает служить в высокомобильных десантных войсках - выйдите из строя. За это время несколько человек действительно вышло из батальона - не из нашей роты. Конечно, домой их никто не отправил, потому что они мобилизованы, но перевели в другие подразделения. Впоследствии и война показала, кто настоящий десантник. Ведь бывали и те, что срочную службу в десанте служил, а старался всегда держаться подальше от передовой - поближе к кухне, а были наоборот те, кто никогда раньше не думал отношения к десантников, но проявил себя достойно.

Итак, 30 июля меня мобилизовали, до конца августа мы проходили подготовку. А 30 августа мы прибыли в АТО...

Первое сентября в 2014-м, четыре утра

Служил в 80-й, как она тогда называлась, аэромобильной десантной бригаде - сейчас она 80-я десантно-штурмовая, - продолжает Виктор. - Отдельный наш батальон есть в Черновцах, и три во Львове. Я служил во 2-м батальоне в 4-й роте. Горжусь принадлежностью к десантно-штурмовым войскам, это элита. Ранее ежедневно годами ходил на работу мимо части, расположенной возле моего офиса. Это уже позже обнесли жестью забор, а до того были обычные прутья, по которым можно было видеть, как они занимались там. Думал - о, круто, десантники. А потом так получилось, что и сам стал десантником.

Быть десантником, как говорит мой друг Сергей, настоящий десантник, это не просто носить тельняшку и берет. Это - в сердце. Десантником надо быть по духу. Конечно что и физическая подготовка нужна, и психологическая, и прыжки с парашютом осуществлять... Правда, я первый прыжок совершил на собрании резервистов, а в начале было не до прыжков. Но главное - дух.

Итак, я стал бойцом. В принципе нам выдали все, что надлежало: форму-"дубок", тельняшки авансом (в десантуре тельняшку надо заслужить), трусы хорошие черные универсального размера - насколько растягиваются, что туда несколько людей влезть может, носки, кепку. И берцы - те, которые я называю "деревяхи". Обычно обувь "расхаживается" под ногу, а берцы этого типа имели прекрасную способность: в них наоборот, нога стиралась под обувь. Причем те армейские берцы были той же фирмы, выпускающей обувь и сейчас, и сейчас оно вполне удобно. Просто тогда фирме задача такая не ставилась государством - делать удобно, человеческое. Понятно, что тогда те берцы я даже не надевал - ходил в своих гражданских "Катерпиллар", в которых еще по Майдану ходил.

Приехали мы на восток эшелоном, разгрузили технику, маршем доехали до поселка Победа, там в то время был штаб оперативной группировки "Север". Задача нашего батальона была - усиление нашего первого бата, который тогда был в Луганском аэропорте. Шла рубка за аэропорт, и нас готовили к тому, что мы будем заходить на Луганский аэропорт.

Обосновались, попытались рыть окопы, траншеи. Там грунт такой, что лопатой ни копни - скребли как по камням. Я тогда придумал брать металлические колья, которыми крепятся огромные военные палатки, такой кол забивать кувалдой в землю - так удавалось взвесить эти глыбы. Прорыли себе такую ​​большую яму, аккуратно там легли... Вот ночку там ночевали, накрылись брезентом, которым БТРы накрывают. Потому что днем ​​еще была жара, дышать нечем, а ночью дубак. Климат такой.

Виктор Дударь

Виктор Дудар Фото: facebook.com/viktor.dudar.7

И вот первого сентября в четыре утра часовой кричит у входа: "Грады!"

Вскочил. Обуваться? Да ну его, бежать надо. А то были даже не "грады", нас с территории России обстреливали "смерчи". Это мощная установка. Большой калибр, большую дальность имеет... Выбежал, смотрю - красиво так летят эти ракетки в нашу сторону... А у нас там стояла такая зенитная установка "Тунгуска", она нас фактически и спасла во время того первого обстрела, сбили часть тех ракет. Она многоствольная, радиолокационная станция работает, приводится на те ракеты и бьет. Поэтому первый обстрел для нас был более или менее "пристрелочным".

Все забежали кто куда, я забежал в бункер рядом, в который мы боеприпасы составляли... Бежал будто близко и быстро, а когда добрался - там уже битком набито народом... Да, там бетонное перекрытие. Но мы туда боеприпасы поставили! Сколько сот килограммов... Если бы прилетело, никто бы ничего от нас не нашел...

Шутки шутками, а вспоминал это недавно, когда верховный главнокомандующий вместе с главнокомандующим ВСУ, министром обороны, начальником Генштаба и премьером прилетели в АТО одним вертолетом... Но одной ракетой ЗРК "Стрела-10" вдруг можно лишить страну военного руководства! Как так...

Мы же толком ничего не знали, что нас ожидает - тогда против нас не так активно использовали реактивную артиллерию - "грады", "смерчи". Больше минометную артиллерию... А реактивная - это крутая штука. Я на собрании затем попал в подразделение РСЗО (реактивной системы залпового огня - ред.) - там батареей "лунный пейзаж" делается на раз-два...

Было страшно. Страшно всем

Было страшно. Конечно, - признается Витя. - И вперед я рвался не с самого начала. Некоторое время было нужно, чтобы "вкурить", что происходит. Нужно было освоиться, "подсмотреть" за опытными товарищами, как и что делать. Страшно всем. Кто говорит, что не страшно - врет. Не бывает не страшно, когда по тебе мина свистит или прилетает рядом, или сидишь в блиндаже, а оно на голову летит. Надо преодолевать этот страх. А иногда он и помогает. Если ты бесстрашный и ты бесстрашно встал, когда по тебе стреляют - тебе прилетело и все! А страх подсказывает: надо спрятаться. Но когда надо перебежать, а тебе страшно, то говоришь страху: ну чувак, ну мне надо вот туда, поэтому давай как-то... порешаем.

Конечно, все можно понять. Во всех кто дома есть и ждет: жена, дети, родители, дед с бабой... Но если рассуждать так, то мы не только не победим - мы вообще даже не отобьемся. Отмазок можно придумать множество. Но не надо.

После Победы - Веселая Гора

Мы десантное подразделение. Высадки с вертолетов у нас не было, но с брони напрыгались достаточно, - вспоминает Виктор и рассказывает детали. - ... С аэропорта пацаны уже начали выходить, потому что не было резона его содержать. Потому и в аэропорт не пошли. После Победы выдвинулись в сторону Металлиста, под самый Луганск. Наша рота была переброшена защищать два моста через Северский Донец (один в Счастье стационарный - сейчас там позиция "Фасад", где двух российских диверсантов захватили, а второй чуть дальше понтонный). Я попал на стационарный. Напротив село - Веселая Гора. Мы были непосредственно у моста, с высотки нас прикрывал еще один взвод нашей роты, они были с СПГ и всевозможными гранатометами. Там дорога шла, входила в поворот. Наша задача была, если попрут танчики, отбить танчики, остановить и дать возможность, если мы отойдем, чтобы саперы взорвали мост. Что-то полторы тонны тротила тогда к нему примотали ...

Танчики не дошли, а наша 5-я рота вместе с "Айдаром" попала там в засаду в районе Цветные пески, через наши позиции они выходили, вывозили 125-й БТР, в который прилетело... половина экипажа мертвого, половина контуженного выезжали через нас.

Далее начались Минские переговоры и линия разграничения прошла по реке. Через нас выводили и направляли всех - кто где-то потерялся, остался... Пароли какиее-то должны были называть, фонариками светить...

Фото из личного архива Виктора Дударя

Нам порой давали небольшие отпуска, но я менялся с теми, кому, как считал, больше надо. Наступил момент такой, что мне реально там было комфортно. Конечно, скучал, все как должно быть. Но не было угнетения там. Только команда "На выезд!" - и я уже в шлеме и на БТРе.

Мы вот у себя завели такое правило в компании, в подразделении: "Не нагнетать". Всегда случаются люди - "всепропальщики", которые ноют: все плохо, нас сдали, нас продали, нам недодали... Я это не переношу... Не люблю этой "украинской натуры" - "взять бандуру и петь грустных песен". К счастью, среди друзей, с которыми до сих пор общаемся - все в нормальном боевом настроении. Пытаемся не сводить это все к "плачу Ярославны на валу".

Война меняет вообще очень много вещей. Понимаешь, что многим в гражданской жизни занимался из того, о чем в принципе не надо беспокоиться. Понимаешь, что жизнь быстротечна и непредсказуема. Сегодня ходишь, а завтра уже тебя несут. Что материальный достаток - очень призрачный. Стоял домик - хлоп, и нет домика, лишь груда кирпичей. Думаешь: кто-то же его построил, трудился, вкладывался, а с той стороны кто-то дернул за тесемки в пушке - и все. К смерти гораздо проще относишься, по-философски. Понимаешь, что это вещь неотвратимая и рано или поздно наступит. Мы это если сейчас наших хороним - то идем потом где-то помянуть отдельно. Вот недавно хоронили товарища, и сидим, выпиваем, рассказываем, вспоминаем. А упоминается традиционно - что-то смешное. Ведь война - это не только боевые действия, это большая часть какого-то быта, даже фольклора. Вспоминаем, смеемся. Подходит официантка, спрашивает: а что, ребята, празднуете? И не празднуем, поминаем... Ну а плакать? Его уже не вернем. А ему было также приятно с нами посидеть и посмеяться вместе.

"Самая вкусная каша - из кукурузы под обстрелами в "зеленке", которую мы ели руками"

Самому было удивительно, насколько человек привыкает к своему снаряжению, - смеется Витя. - Сначала те бронежилеты, шлемы - тяжелые, неудобные. Хотя и кевларовая каска, но все же... А потом как-то зимой на Крымском заступаю в наряд, и понимаю: надо возвращаться. Напарник спрашивает: чего? "Да шлем забыл", - говорю. Он хмыкнул, отвечает: да он вообще-то у тебя на голове. Настолько привыкаешь, не просто "надел и забыл", но и "надел и почесал". Как очки люди порой ищут, забыв, что они на лбу.

Но однажды таки забыл шлем. К тому же, как это происходит именно тогда, когда он оказался очень нужным. Я не суеверный, но знаю, что какая-то чуйка таки бывает в определенных ситуациях. Тогда мы были в жилой застройке, наш пост расположился у заброшенного колодца. Мы заступили днем ​​на пост, и меня нечто вроде заставило в том колодце убрать. Все достать изнутри - в случае чего, чтобы можно было туда запрыгнуть. Вытащил оттуда какую-то оборванную трубу, втоптал кирпич в дно, с напарником проверили - в бронежилетах, в разгрузка вдвоем помещаемся. Ну, на всякий случай. Заступили в ночь там же в наряд - а я каску забыл. И уже возвращаться не было как.

Обычно уже когда обжился там, то слышишь, когда идут "выходы" от "градов" или минометов - свиста еще не слышно, но есть хлопок. И мы за сараем, а огонь по нам вели с такой позиции, нам было не слышно и не видно. Спас парень с другой позиции, который услышал "выход" и успел крикнуть в рацию: "Грады!". Мы прыгнули в колодец. Сидели там, сопели, пыхтели - а оно точно рядом прилетало, на огород падало, с сарая шифер слетал ... И вот я думал всегда в шлеме ходил, а раз забыл - и то может куском шифера прилететь в горшок... Было бы обидно.

Виктор Дударь

Виктор Дудар Фото: facebook.com/viktor.dudar.7

Что касается еды - и армия обеспечивала, и волонтеры приезжали. Конечно, бывало всячески. Было, на 32-м посту, который был окружен, ребята не имели что есть. Это ясно. Раз мы от обстрела прятались - заехали в "Зеленку", не успели взять с собой продуктов. Ну хотелось есть... имели флягу воды, налущили кукурузы с поля рядом, выжгли цинк (коробку - ред.) из-под патронов, чтобы краска отлетела, сварили кашу в том цинке... Фоточок, к сожалению, нет, - не до того было, мы тогда какие-то бегали все с круглыми глазами, думали, что нам всем крышка и домой мы уже не вернемся... Это уже потом освоились. Из того цинка ели ту кашу руками, так как неопытные были - уже потом у меня всегда в разгрузке была ложка. А тогда - команда "выезжать", а мы на ходу руками кашу едим, водитель кричит "дайте мне", кормим из рук его - а ведь ему и управлять, и есть... вкуснее каши я в жизни не ел, правда! Голод - лучший повар.

А потом "мальчики заматерели"! В БТРе всегда был неприкосновенный запас боекомплекта, мы всегда возили его "с верхушкой" - патроны, гранаты, а выдают еще - берем еще; всегда неприкосновенный запас воды - плюс к тому, что выдают на выезд; и неприкосновенный запас пищи - также плюс к тому, что выдают на выезд. И вообще, если у человека на уровне руки и еще немного хоть какой-то хозяйственности, то он в принципе не пропадет. А другому что не дай - он все равно потеряет или сломает. У нас были нормальные пацаны, мы сами со всем справлялись и с нами не надо было ездить и варить нам есть. Мы распределяли наряды, всегда находился кто-то, кто умеет готовить получше, другие ему немножко помогали - и справлялись.

"С местным населением надо работать, им десятилетиями гадили в головы"

Местное население на Востоке - очень разное, - рассказывает коллега. - Те, которые за нас - нас на всю катушку. Но есть и другие...

Помню, в День армии мы были в Лисичанске. Я как раз был в наряде на КПП на базе батальона, а местные там устроили целый автопробег - специально проезжали мимо нас, с флагами, сигналили... приятно.

А когда выезжали всем батальоном летом 2015 года из Лисичанска на масштабные учения на Широкий Лан Николаевской области тогда наше украинское население запаниковало: "Вы нас бросаете? Если вы нас бросите, нас здесь всех перережут". Это тогда из российских источников и распускали эти все панические слухи. Мы обещали, что вернемся. Еще как-то, когда ехали на выезд, женщина с девочкой маленькой плакала и крестила нас вслед - ей было за нас страшно...

Фото из личного архива Виктора Дударя

Затем мы вернулись после учений, с нами приехали ребята совсем новые - с 4-й, 5-й и даже 6-й волны, они еще вообще боевых действий не видели, всем интересовались и все расспрашивали. И вот мы высадились в Харьковской области, оттуда маршем через Изюм, Славянск едем в Лисичанск. А комбат придумал такую ​​фишку, чтобы мы не сразу заезжали, а сделали объезд по городу. И вот мы едем колонной, на каждом БТРе флаг, как раз был выходной день и многие гуляли, руками нам машут... Наш БТР по какой причине приостановился, а тут идет семья: мужчина, женщина, девочка маленькая. И как в кадрах из хроники второй мировой: человек поднимает девочку на руки к нашему БТРа, в нее цветы, и она отдает их кому-то из наших ребят, кто уже с поздней волны... Это было такое умиление и восторг - как нас встречают! Это было очень приятно.

Или как в Харьковской области на БТРе у нас начала шина гореть, остановились. Мимо проиждала маленькая красная машинка, вышла женщина с девочкой - обе в вышиванках. "А вы оттуда?" - "Да оттуда". "А долго здесь будете?" - "Ну как получится ..." Пока мы ремонтировали колесо, они вернулись и огромный поднос домашних пирожков привезли. Ооочень вкусных... И волонтеры были, привозили всевозможные вкусности, и на Пасху корзиночки, яйца, куличи...

Но были и подвыпившие компашки "на райончике", из которых нам рисковали и "фак" показать. Но такие спешили исчезнуть после такого "геройства".

Так что там есть замечательные люди, интеллигенты, волонтеры, с чистым умом и страшной яростью этой ваты. Но и ваты хватает, со всеми этими русскими нарративами вроде "это политика, кто-то на этом наживается, враг не здесь, а в Киеве, а при Януковиче доллар бил по восемь"... Там с людьми надо работать, им гадили в головы десятилетиями - сначала Россия, потом "риги"...

Провал информационной политики имеет страшные последствия

Как-то в Северодонецке мы выборы охраняли, потому что к местной милиции доверия не было. Подошли какие-то два к БТРу, я пью кофе, они также, курим.

"А вот мы всю Украину кормим", - начинают. Ребята, ну смотрите. Вот у вас пол области сейчас развалено. Все стоит, ничего не работает. А не скажете ли, кто сейчас Украину кормит, если не вы, а она до сих пор не голодает? Нет ответа. "А вот у вас люди лучше живут" - так. Я больше скажу, они еще и зарплаты меньше получают. А чего так? А потому что мы стоим на центральной площади Северодонецка, и ты окурок под ноги бросил, а я - в специально жестяночку от тушняка, из которой себе пепельницу сделал. И стаканчик от кофе и ты не в помойку бросил, а у меня к БТРу мешочек привязан для мусора. Я приехал кто знает откуда в твой город и не делаю так, а ты - да. Вот такая мелочь, штрих, а он важен.

Наша информационная политика должна быть агрессивна. Мы в состоянии войны.

Сейчас меняю жизнь тем, что пишу

В мирной жизни бывает непросто. После действенности и результативности там - возвращаешься сюда, а здесь все иначе. Поэтому надо адаптироваться, обживаться, работать со специально обученными психологами. Кто-то считает, что не надо, лучше выпить соточку - а нет, не лучше...

А еще там ты меняешь ситуацию оружием, а здесь у каждого другое оружие. Я стараюсь влиять на мир тем, что пишу. Хотя понимаю, что реальные изменения возможны тогда, когда этого захотят все. А пока не все их хотят. Одни скучают по "совку", кто-то же голосует за ОПЗЖ. И результат вот такой. Кто-то не сдерживается и дает в ухо - как мой товарищ Вася, которому водитель в маршрутке на предъявленное удостоверение сказал "Что ты мне свой волчий билет показываешь?". Далее ехал, держась одной рукой за руль, а второй за ухо. Я реагирую спокойно. Также имел спор с водителем, который не счел нотариально заверенную копию свидетельства достаточным документом... Здесь именно сослуживцы подоспели - пришлось уже отбивать водителя от них и успокаивать ребят.

Фото из личного архива Виктора ДударяИли вот в Черновицком облсовете в одном сессионном зале заседают депутаты-АТОшники и депутаты от ОПЗЖ, которые поздравили партию Путина с победой на выборах... Ну должно быть какое-то политическое давление, общественное порицание, какие-то акции, чтобы о таком даже не было больше ни у кого и никогда на Буковине... Но нет. Поэтому - делаем каждый свое дело и ждем, когда нас соберется критическая масса - тех, кто изменит Украину.

1